Под созвездием любви - Страница 3


К оглавлению

3

— Дженни, я прекрасно понимаю, что последние два года дались тебе нелегко. Именно поэтому я спрашиваю: ты выходишь за Дойла, потому что любишь его, или потому, что тебе осточертело приходить в пустой дом и слушать песню под названием «Тишина»?

— А разве это не одно и то же?

— Нет! Любовь — это мурашки от одного прикосновения, это — не спать на рассвете, слушая его дыхание, это — считать минуты до следующей встречи, это — ангелочки с трубами и звездопад средь бела дня, это — ноги, как желе, и кровь, как огонь…

— Джулия! Да ты романтик! Это же мультфильм Уолта Диснея, а не любовь. Разве нельзя любить друг друга спокойно и тихо? Просто уважать?

— Можно. Например, если бы вы с Дойлом ходили в один детский сад, а потом сидели бы за одной партой, а потом впервые поцеловались на школьной вечеринке и потом, в поту от смущения, потеряли бы невинность на заднем сиденье автомобиля, после чего не расставались бы еще много лет и, наконец, решили пожениться — вот тогда хватило бы и простой симпатии. Уважения — потому что вы бы знали друг друга как облупленных. Но даже и тогда все вышеперечисленные ангелочки, звезды и фейерверки в вашей жизни все равно были бы — хоть на том самом заднем сиденье его автомобиля.

— Джулия, ты хочешь сказать, что я не знаю Дойла достаточно хорошо, чтобы…

Джулия решительно сгребла пузырьки обратно в косметичку и энергично подула на законченную работу.

— Ничего я не хочу сказать. Это твое решение. Дойл мне не нравится — но я за него и не выхожу. У меня свое мнение на сей счет, только и всего. Я — развратная молодая особа, но я горжусь тем, что ни разу в жизни не легла в койку с человеком, которого не любила бы. Как ты знаешь, у меня таких было несколько и наверняка будет еще сколько-то. Я — за чувства, а не за разум, за порывы, а не за трезвый расчет. Вот и все, что я могу сказать по поводу твоей свадьбы.

— Вот спасибо!

— Пожалуйста. И знай: пока падре не помахал над вами белым полотенчиком, все еще можно переиграть. Конечно, если ты уверена… Ой, цветы! Я побежала за цветами, их же надо расставить вокруг алтаря. Сиди, сохни!

С этими словами Джулия умчалась, а Дженнифер в бессильной ярости повалилась в кресло.

Самое противное, что эта балаболка права, во всем права! Нет тут никакой страсти, просто Дойл все решил — а она согласилась.

Почему она сомневается? Дойл хороший парень, воспитанный, образованный, прилично одетый…

Боже, какая ерунда. Мама вышла замуж за папу, когда он был хиппи, носил драные джинсы и принципиально не желал работать. Они жили в трейлере, даже когда у них родился Мик. Это уже потом папа стал профессором и стал носить приличные костюмы…

Дженнифер осторожно сжала пальцами виски. В этот момент дверь бесшумно отворилась, и на пороге возникла пожилая, хорошо одетая дама в трауре. Интересно, это одна из родственниц Дойла? Судя по костюму, ее не слишком радует факт свадьбы… Хотя она вполне может оказаться обычной посетительницей церкви.

— Добрый день. Если вы ищете падре Маркуса…

Женщина не сводила с Дженнифер пылающих глаз. Голос у нее оказался хриплым — словно перед этим она долго молчала.

— Мне не нужен падре Маркус. Мне нужны вы — если ваше имя Дженнифер Аргайл.

Дженнифер почувствовала, как по спине у нее побежали мурашки. В этом хриплом голосе звучало что-то жуткое…

— Да, я Дженнифер Аргайл, но я не понимаю…

Пожилая женщина решительно шагнула в комнату. Нам даже как-то неловко об этом упоминать, но именно в это мгновение где-то вдалеке громыхнул раскат грома…

2

Дженнифер попыталась взять себя в руки.

— Послушайте, я сейчас немного занята, в том смысле, что у меня сегодня свадьба и все такое, так что если вы по поводу покупки…

— Я ничего не продаю и не покупаю. Я здесь, чтобы вас спасти.

Приехали. Сумасшедшая старушка из какого-нибудь Общества Невестоотрицателей Пятнадцатого Дня…

— Простите, но… Я могу узнать ваше имя, мэм?

— Мое имя значения не имеет. Значение имеет только одно: вы не можете выйти замуж.

— То есть как это? Почему я не могу выйти замуж, если я именно это и собираюсь сделать?

— Ваше имя — Дженнифер Аргайл…

— И поэтому я не должна выходить замуж? Луна в седьмом доме Меркурия рекомендует мне заняться сегодня стиркой и уборкой? Или девушки, рожденные под моим знаком зодиака, не могут выходить за молодых людей, чье имя начинается на букву Д?

— Значит, инициалы он не поменял?

— Слушайте, у меня нет ни малейшего желания продолжать этот разговор. Пожалуйста, уходите, или я буду вынуждена…

— И как его ТЕПЕРЬ зовут?

— Кого?!

— Вашего жениха.

— Его зовут Дойл Каннинг, и я совершенно…

— Когда он женился на моей дочери, его звали Дермот Катнер.

Дженнифер прикрыла глаза и досчитала на всякий случай не до десяти, а до пятнадцати. Потом открыла глаза и доверительно сообщила зловещей собеседнице:

— Дойл никогда не был женат. Инициалы совпадают у тысяч людей, так что я…

В голове тревожно зазвенело: а откуда ты, собственно, знаешь, что Дойл никогда не был женат? Это он так говорит, но ведь на самом деле ты понятия не имеешь, откуда он взялся в Саванне и какую жизнь вел до встречи с тобой.

Женщина села на стул, достала из серебряного портсигара тонкую сигариллу, закурила, сильно, по-мужски, затягиваясь, кивнула, словно прочитав мысли встревоженной девушки.

— Разумеется, так он вам сказал. Он же не имбецил. Вот, посмотрите сами.

С этими словами она раскрыла сумочку и достала свернутый в трубку пластиковый файл. Дженнифер взяла его, мимоходом отметив, что пальцы трясутся все сильнее.

3